Территория противостояния между защитниками Дома Советов, подразделениями ОМОН и внутренних войск 2 октября 1993 года (Москва)

В субботу, 2 октября, полторы тысячи сторонников парламента начали в 12 часов митинг у входа в высотное здание МИДа на Смоленской площади. Спустя полчаса участники митинга были вытеснены ОМОНом и направлены на улицу Старый Арбат. По свидетельству очевидцев, уже в первый момент этого вытеснения отдельные манифестанты стали оказывать сопротивление. Но в целом инцидент так и остался бы одним из многочисленных подобных случаев, ставших характерными для Москвы после 27 сентября.

Но то, что произошло далее, вызвало буквально взрыв ярости у участников оппозиционного движения.

При всей чудовищной нелепости и неприменимости каких-либо кодексов поведения к случаям массовых избиений - "вытеснений", следует всё же признать, что свои неписанные правила отношений между бьющими омоновцами и избиваемыми манифестантами в Москве были выработаны. Например, наступающая цепь омоновцев обычно выбирала такой темп сближения с манифестантами, что шанс убежать оставался и у пожилых людей, не отличающихся спринтерскими качествами. Вытеснение всегда осуществлялось так, что у манифестантов всегда был путь для отступления и бегства. Неписаным правилом было и то, что вытеснение обычно не начиналось, пока собравшиеся манифестанты изображали из себя случайно собравшуюся толпу. Только когда в толпе появлялся оратор, начиналось скандирование лозунгов, когда собравшиеся таким образом становились участниками митинга, ОМОН приступал к вытеснению.

Действуя согласно этому неписаному правилу, вытесненные от входа в МИД собрались как обычная толпа у эстрады возле гастронома "Смоленский". Поскольку в этот день намечалось празднование 500-летия Арбата, у эстрады были и просто прохожие, наблюдавшие за приготовлениями музыкантов к концерту. По всем правилам московского кодекса "вытеснений" манифестанты получали здесь право на тайм-аут, прервать который речами ораторов или скандированием лозунгов никто не спешил.

Невзирая на это, собравшихся у эстрады внезапно атаковал отряд в пятнистой форме. Как потом говорили манифестанты, это был ОМОН из Свердловска. Внезапное нападение связывали также с фактом посещения Арбата Ельциным и Лужковым, которые действительно появлялись здесь в связи с праздником примерно за час до этой атаки.

Атака была не только внезапной, но и особо жестокой. Оглушительные вопли попавших под дубинки женщин заполнили всю горловину Старого Арбата. Также множество очевидцев утверждает, что Свердловский ОМОН пускал в ход и пистолеты(подтверждено кадрами видеоматериалов).

Участник уличной борьбы увидел, как ударом дубинки был опрокинут на землю и убит пожилой человек на костылях. Видимо, этот же момент наблюдал и профессор Хорев, которому волею случая повезло оказаться в относительной безопасности: дело в том, что находившиеся здесь же постовые московской милиции при виде неспровоцированной атаки своих провинциальных коллег повели себя как при стихийном бедствии и часть людей прикрыли своей цепочкой. Большинство людей оставались незащищёнными у эстрады. Один из них получил сильный удар по голове дубинкой и потерял сознание. Очнувшись, он увидел, что арматура и деревянные части сцены разбираются манифестантами и пускаются в ход против атаковавших. Завязавшаяся ожесточённая схватка закончилась бегством пятнистых форм. Ветеран уличных противостояний увидел в этом "перелом в поведении советского народа" и переход борьбы из пассивной формы в активную под девизом "Булыжник - оружие пролетариата".

Стычка немедленно вызвала появление сразу четырех баррикад: у здания МИДа, гастронома "Смоленский", и двух близко расположенных баррикад у подземного перехода станции "Смоленская" Филёвской линии метро. Московская милиция, словно извиняясь за провинциальных коллег, строительству баррикад не мешала и вообще в этот день к атакам не приступала, но прибывшие вскоре несколько отрядов ОМОНа и ВВ сделали несколько попыток прорыва баррикад под прикрытием водомётов, окончившихся ничем. Всякий раз, когда они приближались к баррикадам, демонстранты встречали их градом камней и других подручных материалов. Вдоль баррикад пылали большие костры из деревянных ящиков и автопокрышек.

К 18 часам один из манифестантов, участвовавший в событиях с утра, поехал домой. Он вернулся на Арбат в 23 часа. Ситуация противостояния оставалась прежней. С той только разницей, что людей стало меньше, причём не только со стороны защитников баррикад. Поубавилось и омоновцев, милиционеров, солдат внутренних войск. Что касается носителей "провинциальной" пятнистой формы, то те вообще после своего бегства не появлялись.